OxanaOxana Корабли и не только

Знаете, что общего у Петра I и современных курсантов мореходок? Они все хотели в море. Только Пётр - тот, кто эту школу основал. Москва, 1701 год. В Сухаревой башне - тогда ещё без шпиля, но уже с голландскими часами, которые поставят через год - открывается Школа математических и навигацких наук. Это не просто классы. Это первый в России системный светский инженерный вуз. До него - только церковные училища и единичные мастера-иностранцы.

Здесь готовили навигаторов, артиллеристов, геодезистов, архитекторов и первых учителей для провинции. Здесь не молились - здесь чертили карты, считали звёзды по квадрантам и учились держать курс в открытом море.

Пётр строил флот не для парада. Ему нужен был выход к Балтике - война со Швецией шла уже второй год. Без своих кораблей и своих штурманов Россию зажимали на всех морях. Но дело не только в войне. Пётр превратил флот из эпизода (каспийский корабль «Орёл» при его отце) в регулярную систему. И для этого нужны были люди, которые знают звёзды, а не просто гребут вёслами.

Башня выбрана не случайно. В 1689 году стрелецкий полк Лаврентия Сухарева единственный не предал юного Петра во время бунта Софьи. Царь запомнил. Теперь здесь рождался его флот. Формальное руководство школой поручили сподвижникам: сначала боярину Фёдору Головину, с 1706-го генерал-адмиралу Фёдору Апраксину и Приказу морского флота. Пётр лично вникал в отбор, мог решить судьбу за час, но в повседневку не лез.

Главное в школе было не происхождения. Брали детей дворян, но и разночинцев, и детей холопов, если голова варила. Иван Болгирев и Степан Попов пришли из Славяно-греко-латинской академии. Трофим Иванов узнал про учение и пришёл пешком из Белевского уезда - просился без жалованья, лишь бы учиться. Это был социальный лифт: где талантливый человек незнатного рода мог стать офицером.

Учили арифметике, геометрии, тригонометрии, плоской и меркаторской навигации, астрономии. Тех, кто не тянул, отсеивали в ремесленники или писари. Лучших - в офицеры. Учились по 10-12 часов. За прогулы - батоги. За пьянку, драки и воровство - каторга либо матросы без жалованья.

Преподаватели  из Англии и Голландии. Главный профессор Андрей Фарварсон, с ним Стивен Гвин и Ричард Грейс. Они проработали здесь 15 лет. Вместе с математикой они внедрили в школу английский язык, он стал важным в морском деле. Русский учитель Леонтий Магницкий, автор легендарной «Арифметики», знал греческий, латинский, итальянский и немецкий, но получал меньше англичан. Те, бывало, просыпали занятия. Когда в 1715 году старшие классы перевели в Петербург для создания Морской академии, в Москве остался только Магницкий.

Архивы сохранили челобитные - они лучше учебников показывают школу.

1704 год. Ученик Илья Домашнев, сын подьячего, обворовал отца и мачеху, вывез дворовую девку Марью и часть имущества. Спрятался в селе у однокашника Никифора Попова. Деньги и вещи поделили между друзьями - в расспросных листах потом всплывут «шапки бархатные и полукофтанье камчатое жолтое». Попались - сдали свои же обновки. 

Годом раньше, в 1703-м, отличился Пётр Сучков - украл у солдата шапку с соболем, угнал лошадь у извозчика и продал в Ростове. Поймали, посадили под караул. Ночью спустился из окна по верёвке и сбежал. Поймали снова. Наказали батогами и отправили рядовым матросом в Воронеж на строительство флота. 

На верхнем этаже башни работала обсерватория. В 1709 году оттуда наблюдали солнечное затмение. Москвичи шептались о колдовстве - потому что там отирался Яков Брюс, сподвижник Петра, которого в народе считали чернокнижником за его телескопы и герметические книги. Но это была наука, а не магия.

И именно с этой наукой связана главная городская легенда о «Чёрной книге» Брюса. Якобы древний манускрипт, написанный самим дьяволом, хранил все тайны мира. Брюс будто бы замуровал его в стене башни. После смерти Брюса в 1735-м москвичи видели по ночам свет в верхних окнах - дух колдуна, мол, читает книгу. Говорили, что Екатерина II приказала разобрать часть стен, но ничего не нашла. А когда в 1934 году башню снесли по решению Моссовета (подписанному Сталиным), уже советские легенды утверждали, что на выезде машины досматривали сотрудники НКВД - не искали ли книгу. Находили или нет - неизвестно, но легенда живёт.

Из этих стен вышли первые русские штурманы, гидрографы, кораблестроители. Степан Малыгин, Алексей Нагаев, Михаил Головин - их имена на картах Камчатки, Курил и Северного Ледовитого океана. Без их расчётов не было бы экспедиций Беринга и Чирикова. Без них Россия не вышла бы в Тихий океан. Это не красивое слово - это факт.

Навигацкая школа стала первой моделью светского инженерного образования в стране. Она дала не просто флот - она дала систему. Это было начало технической мысли в России. И оно было в Москве, в Сухаревой башне.

В 1715-м старшие классы перевели в Петербург в Морскую академию. Москва потеряла главную школу. В 1753-м её закрыли окончательно. А в 1934-м снесли саму башню - грубо, без архитектурной церемонии. Это одна из самых горьких потерь старой Москвы.

Но дело осталось. Морской корпус в Петербурге - прямой наследник. Вся военно-морская система России - продолжение той школы.

Сухарева башня не выстояла как здание, но она успела сделать главное. Она стала местом, где Россия впервые увидела море не как преграду, а как путь. Где люди, никогда не державшие штурвала, научились читать звёзды и прокладывать курс на океан.

Всё, что мы знаем о флоте, о навигации, о том, как не сбиться с пути, началось там. В школе, которая не учила смирению - она давала силу.Автор текста: Oxana Oxana. Корабли и не только.«Авторское право защищено. Копирование материала без ссылки на первоисточник запрещено».